Русский фольклор. Народная мудрость.
Поиск Yandex по всему сайту
Помощь проекту ruolden.ru

Если Вам понравился сайт и Вы хотите помочь развитию проекта ruolden.ru, то это можно сделать

ЗДЕСЬ

Авторизация
Контактная форма

Жил священник у приходской церкви. Приход был у него небольшой, бедный. И ему казалось все мало. И говорит он своей попадье:

— Попадья, суши сухарей, я пойду себе места искать — не могу ли найти себе приход большой.

Шел себе большой дорогой некоторое время и видит — тропа.

— Пойду, — говорит, — этой тропой. Она все равно выведет на большую дорогу, а по ней, может быть, будет ближе.

Шел, шел этой тропой, зашел он далеко, видит— старичок отдыхает.

Он сказал:

— Здравствуй, дедушка.

— Здравствуй, здравствуй, — говорит, — батюшка. Куда идешь?

— Да вот, — говорит, — шел большой дорогой и свернул тропой и думал, что выведет она меня на большую дорогу, да во г и запутал.

— Да и я-то,— говорит,— также,— отвечает старик. — Пойдем, — говорит, — вместе.

Прошли они несколько мест и остановились на ночлег.

— Надо, говорит, что-нибудь закусить.

Старичок развязывает свою сумку, вынимает просвиру. Священник и говорит:

— Дедушка, залезь на эту елку и погляди, не увидишь ли где нибудь свету. И нет ли где-нибудь близко жилья. Лучше бы в жилье ночевать.

Старичок сразу же полез на елку. Покуда он лазил, поп съел у него просвирку. А старичок свету никакого не мог увидеть. Слезает с елки и видит, у него просвирка съедена. Спрашивает у священника:

— Батюшка, кто же, — говорит, — мою просвирку съел?

— Я, — говорит, — не знаю кто.

— Да врешь ты, — говорит, — ты один и был. Ты должен был видеть или ты съел.

— Право, — говорит, — не ел и не видел, кто и съел.

Ночевали они ночь, утром встали, отправились лесом и вышли они к озеру.

Старичек и говорит:

— Поедем, прямо, — говорит, — озером.

А поп говорит:

— Нет, озером итти, потонем.

— Иди, — говорит, — за мной, так не потонешь.

Пошли они озером, как сухим путем. Доходят они до второго берега. Старичок выскочил на берег. Поп ухнул в воду.

— Дедушка, — говорит, вынь — меня из воды. Я, — говорит, — тону.

— Выну, — говорит,— из воды, когда скажешь, кто просвирку съел.

— Я не знаю, — говорит, — и не видел, кто просвирку съел.

Старик вынул его из воды, и пошли они своим путем. Дошли они до города. Старичок и говорит:

— Мы с тобой займемся лекарством. Здесь у знаменитого купца есть дочь, мы ее и вылечим. И он нам за нее дорого даст.

Зашли они к купцу, зашли они на кухню, и назвались они лекарями. И купец расположился им отдать дочку. Они заставили топить баню и снести туда два ушата воды: один ушат нагреть теплой водой, другой оставить холодной. И снесли эту дочку в баню. И выслали они обратно прислугу. Заперли баню. И взял старичок, вынул ножик, изрубил дочку на куски и склал в теплый ушат в воду. Вынимает куски из теплого ушата и прополаскивает в холодной воде и прикладывает кусок к куску. И сложил всю девицу и спрыснул холодной водой. И девица сделалась живой. Не зазнала в себе никакой боли. Приходит к отцу и отец спрашивает ее:

— Здорова ли ты?

— Она ему отвечает:

— Здорова.

— Как лечили тебя?

— А я ничего не помню.

И купец дал им, на волю предоставил денег взять, сколько им надо.

Священник набрал денег много. А старичок Этот поменьше. Вышли они из города. Священник и говорит:

— Дедушка, станем мы ходить и будем лекарями. Деньги мы большие наживем.

— Нет, — говорит, — я не пойду. Иди ты один как тебе надо. Есть в таком-то городе, я тебе скажу, у графа неможет дочка, и ее никакие доктора вылечить не берутся. Тебе громадную сумму он даст. Ведь ты видел, как я делал, так и делай, тогда и вылечишь.

Поп сказал ему:

— Я видел.

— Ну, и пойди.

Отправился священник в этот же город. Приходит к графу, доложил, что пришел лекарь. Граф позвал его к себе, и он взялся вылечить его дочь. Приказал затопить баню и принести два ушата воды: один ушат нагреть теплой водой, а другой оставить холодной. Свели эту дочку, и он велел прислугам выйти из бани. Запер баню. И начал ее рубить на куски. Изрубив на куски склал в теплый ушат. Начал вынимать эти куски. И разопревшая говядина не держится у него в руках. И он испугался.

— Что я наделал теперь! Будет мне казнь!

Ту же минуту колонулось у дверей, и он спросил:

— Кто тут есть?

Он ответил:

— Я, — говорит, — отпирай!

Он пропустил его, и пришел к нему товарищ.

— Что ты, — говорит, — наделал?

— Я все так делал, как ты делал, а у меня ничего не выходит.

И принялся старичок, зачал прополаскивать куски и прикладывать один к одному. И сложил все в одно место. Спрыскал холодной водой, и сделалась она живая. И не чувствовала в себе боли и оправилась к отцу. Отец спрашивает у нее:

— Здорова ли есть?

— Здорова.

И он у нее спрашивает:

— Как тебя лечили?

— Я не помню — говорит, — как меня лечили, а только не чувствую в себе никакой боли.

Граф за свою дочь привел их к деньгам, серебру и золоту. Дал им такую волю и денег брать, сколько хотят. Старичок говорит священнику:

— Батюшка,—говорит,—бери больше; мне,— говорит, — меньше надо.

Священник наклал кошельки и карманы, и сумку золота. И отправились они из города. Старичок и говорит:

— Батюшка! Мы с тобой вместе-то деньги добывали, давай, разделим мы их!

Поп и говорит:

— А что ты мало брал-то? Тебе бы надо больше брать!

— Да давай-ко уж разделим.

Вывалили деньги оба в одну кучу, и потом старичок начал деньги эти раскладывать на три кучи. Поп у него и спрашивает:

— Кому же ты третью кучу кладешь? Нас, — говорит, — только с тобой двое.

— А эта третья куча тому, кто у нас про свирку съел.

— А я, — говорит, — просвирку съел!

— Да, как ты? Ты, помнишь, — говорит, -— отпирался, что не я.

— Нет я, — говорит. — Право, ей богу, я! Ты, когда лазил на елку, я тогда просвирку и съел.

— Ну, когда ты всю просвирку съел, пускай все деньги тебе.

Склал поп деньги и пошел домой. И доходит он до своего дома, и тропинка была прямо ему к дому. И надо было лезть через перелаз. Сумка вылетела у него из-за спины и упала за огород. И он остался по сторону огорода, а сумка упала по другую сторону. И тут его задавило.