📑 Как один богач хотел своего сына женить

Как один богач хотел своего сына женить

У одного богача сын был с порядочной дурью, но «богач и быка женит», говорят наши старики, и верно так! Вздумал богач сына женить своего.

Говорит своей старухе:

— Ну как, баба, думаешь, надо при своих глазах женить!

Та очень рада была, что старик желает сына женить. И давай его мать научать, как бы покруглей слово говорить, получше.

— Смотри же, — говорит, — когда с отцом поедешь в сваты, попроворнее будь, словно как духовские мужики.

И он только это одно и знал, что не бояться и как бы быть посмелей. Ну, что ж? Они приезжают к одному тоже богачу.

— Ну что, — говорит, — брат, долго нам нечего калякать; надо говорить, об чем приехали.

— Ну, говори!

Тот начал говорить:

— Вот, как я собственно знаю, что у вас есть барышня, а у меня есть жених, не будете ль согласны быть со мной сватом?

— Ну отчего ж, — говорит, — мы вами не брезговаем!

— Живем мы еще как, по-старинному, слава богу, и сейчас, — говорит. — Иногда трапляется деньги мерками мерить. Слава богу, имею шестерку рабочих лошадей.

А товарищ его, кум, который был крестный тому жениху:

— Ну что ты, говорит, врешь! А жеребец-то на стойле четвертый год стоит! Что ж ты не считаешь? Тот разве не лошадь?

Тот прибавлять начинает:

— Семь штук коров имеем!

А кум опять:

— Ну что ты врешь? А две-то еще телки по третьему году, ты нешто за коров не считаешь?

— Ну вот что, — говорит, — садитесь, чего-либо закусим.

Вот они сели за стол; раньше самоваров, конечно, не было у мужиков в то время. Подают кусок мяса. Ну, как жених, конечно, проворный.

— Вы, — говорит, — старики, погомоните! Дай-ка я займусь крошить мясо!

Столько не крошит, сколько в рот кладет, а другим хоть ничего не будь! Потом говорит невестин отец:

— Нет, брат, так мне обсудилось, обождем до налетья отдавать.

Поехали они домой. И говорит жених матери:

— Ну, матушка, и наклался же я мясом в два ряда, хотя невесту и не засватал. Ужинать не хочу!

— Как же это так?

— А так, говорит, я как попроворней, взялся я мясо крошить, большая часть сам поел!

— Чем же ты крошил?

— Вот еще чем! Да ножиком!

— Эх ты, как я тебя научаю быть попроворнее! Ты ж бы спросил вилки и ножик, а пальцы в рот не позволял бы лизать при компании!

— Ну ладно! Буду знать впредь!

Поехали к другому. Приезжают тоже к богатому. Богач, понятно, по-богатому! Жених хорошо материно слово помнит. То их потчуют опять.

— Сядьте-ка, — говорят, — за стол! Не желаете ли чего закусить?

— Нет, мы только сейчас закусывали!

— Ну, чем же вас угощать? Баба, принеси-ка орешков. От неча дела займемся покусать!

Приносит та в тарелке орехов. То проворный жених и говорит:

— Дайте-ка мне ножик и вилку!

Ножом как намерится резать, да «стой! — говорит, — не так вздумал: надо вилкой поддержать!». Держит вилкой орех во всей тарелке, какой он намерился задержать. Как с размаху резанет ножом, орехи все засыпались не только с тарелки, а ни одного и на столе не осталось! Чуть и тарелку не разрубил за один замах. То видит хозяин, что он вовсе дурак.

— Нет, брат, — говорит, — мы не отдадим нынче, не думаем отдавать!

— Ну что, — говорит кум, — ничего больше! Поедем домой.

Приезжают домой.

— Ну, матушка, орехов насыпали полную тарелку, кусать не пришлось!

— Как так?

— А так! Вы мне сказывали дома, что надо брать вилку и ножик. Мне это все было подано; я вилкой поддержал, ножом как резанул, так не только что в тарелке, на столе ничего не осталось, и тарелка чуть пополам не развалилась!

— Эх ты, — говорит, — дурак! Ты ж бы взял горсточку, да в другую руку, одну бы ты себе в карман положил, а другую бы невесте подал и сказал бы ей: «На-ка вот тебе горсточку, и эта мне горсточка! Бог знает, может, господь даст, не пришлось бы вместе жить!».

Он так и думает:

— Ладно ж, матушка, теперь буду ж умней!

— Ну, — говорит дед, — съездим еще в село к одному такому-то; если уж неудача, то уж нынче ездить не будем!

Тот поехал с кумом. Приезжают. Аккурат попали, ужинать сели. Оно, значит, удача.

— Поехали от хлеба-соли, — думают, — приехали аккурат к делу, все собрание за столом.

— Ну, — говорит, — садитесь за стол, Иван Пахомов, и ты, Василий Мартынов, садись! Садись, брат, молодой человек!

Но тот хотя не хотел садиться, столбом стоять неприлично. Делать нечего, наверно, по задаче пойдет. Много кушанья переменяли, в конце — только хотели они вылазивать из-за стола, хозяйка кричит:

— Подождите, братцы, молочка волью на закусочку.

Так приносит на стол молоко с киселем. Думает жених:

— Ну, все не очень ел, ну, уж киселя прохвачу, силён на молоко с киселем!

Да и вздумал маткины слова. Как бы ж это попроворнее сделать? Все едят ложками, он ложку положил перед собой на стол и думает:

— Нет, — говорит, — не так!

Потом вдруг, цап! Горсть в одну руку, потом еще в другую. Аккурат напротив сидела на скамье невеста.

— На-ка, — говорит, — барышня! Может, — говорит, — господь даст нам вместе жить — тебе горсточку и мне горсточку!

Думает, как орешки. Сам весь обрызгался молоком и товарища своего кстати обмазал. Да и этот понял, что он совсем дурак. С тем и поехали домой.

Ну что ж? И сейчас холостой ходит. В Белом у Зарецкого, мы видали, жил; сам он это рассказывал.

 

При перепечатке просьба вставлять активные ссылки на ruolden.ru
Copyright oslogic.ru © 2022 . All Rights Reserved.