Русские простонародные легенды.
Сборник сказок 1861 года

ПРЕДИСЛОВИЕ.
Широка ты, велика и раздольна Русь, матушка родимая. Всем, всем ты богата, всего у тебя много, всем тебя Бог наградил, не просишь ты ни у кого в займы,—свое есть.
Сколько по тебе раздольной Руси матушке носится красных рассказов. Часто слышатся эти рассказы в русской закоптелой избе, под вечерок, с широкой русской печи.
Седой дедушка рассказывает своим малым внучатам разные небылицы, а те, розинув рты, слушают и дивятся чудесам, про которые рассказывает дедушка. Дедушка, говорю я; а спросили бы меня: Много ли дескать тебе-то лет? Что станешь отвечать, что скажешь, ведь соврать то нельзя, надо признаться, что и я дедушка, стар я, больно стар: волосы на голове моей белы, как снег ранний, лице сморщено, туловище сгорбилось, ноги дрожат, руки трясутся… а всё от старости.
Эх старость, старость, нигде не найдешь такого человека, который был бы рад тебе, дряхлой. Ну да Бог с тобою; отойдите от меня такие тяжелые мысли, нужно о деле рассказывать, нужно переговаривать чужие речи слышанные, дай ко и я взлезу на печь и начну семерым своим внучатам рассказывать: они тоже разинут рты, как и чужие внучата от рассказов своего дедушки, а много я видал таких и внучат, и дедушек, напорядках; я измолол таки Русь матушку, проходил ее родимую из конца в конец, навидался всяких людей и народов, наслушался и этих рассказов, которые хочу сей час рассказать вам.
Много их я знаю, много их на Руси матушке, а возьми любой из них, хоть самой плохонькой, уж знаешь, что это не правда, а слушаешь с радостью, потому, что каждый рассказец не так по пустому выдуман, а непременно с пользою для человека, дает примером хотя какое ни на есть да нравоучение.
Вот и я начинаю рассказывать а вы слушайте да понимайте.
Расскащик.
- Жил-был старик со старухою; у них был сын, по имени Иван. Кормили они его, пока большой вырос, а потом и говорят: – Ну, сынок, доселева мы тебя кормили, а нынче корми ты нас до самой смерти. Отвечал им Иван: – Когда кормили меня до возраста лет, то кормите до уса. Выкормили его до уса […]
- Николай Александрович Соловьёв-Несмелов Нянины сказки, 1917. Рыболовы. Он ловил — она подловила. Горки, пригорки, холмы да поля, дальше—мелкий лесок. За леском, правей, вьется, журчит в песчаных берегах речка Потатуйка, левее—опять холмы, опять поля. Тут, между двух холмов, точно между двух верблюжьих горбов, прижались плотно дружка к дружке десятка два крестьянских изб; это—деревня Потатуйка. Знал […]
- Гуляли по чистому полю два Мороза, два родных брата, с ноги на ногу поскакивали, рукой об руку поколачивали. Говорит один Мороз другому: — Братец Мороз — Багровый нос! Как бы нам позабавиться — людей поморозить? Отвечает ему другой: — Братец Мороз — Синий нос! Коль людей морозить — не по чистому нам полю гулять. […]
- Пораздумался однажды Васильюшка над своей участью: — Много я попировал, удаль свою потешил, много загубил душ христианских; пора мне подумать и о своей душеньке грешной, пора замолить свои тяжкие грехи. Созвал Василий свою храбрую дружинушку, и надумали эни все вместе поехать в град господень, Иерусалим, чтобы у гроба господня замолить свои грехи. Пошел Василий […]
- Вдоль по реке, реке, по быстрой реке Плывёт, выплывает зелёной садок. Во етим во садике, во етом зелёном молодец гулял, Молодец гулял, сам кудри чесал; Чесал он кудри, чесал он русые частым грибешком; Очёски кидает, очёски бросает во быстру реку: „Плывити, очёски, плывити, русые, по быстрой реке, Чтобы вас, очёски, чтобы вас, русые, сокол […]